§6. Кубань в русско-турецкой войне 1787-1791 гг.

Присоединение Крыма и Прикубанья к России и уста¬новление российского протектората над Грузией (1783 г.) окончательно испортили отношения между Россией и Пор-той. Стремясь вернуть утраченные позиции, Турция стала усиленно готовиться к войне. В начале августа 1787 г. она ультимативно потребовала от России возвращения Крыма, признания Грузии вассальным владением султана и дос¬мотра русских судов, проходящих через черноморские про¬ливы Босфор и Дарданеллы. Уверенная в своей мощи, Рос¬сия с достоинством отвергла притязания Турции.
Началась русско-турецкая война. Но подготовка к ней велась заранее. Ещё в 1785 г. турки наладили связи с шей¬хом Мансуром, который боролся с царскими войсками в Чечне, обещали ему помощь деньгами и оружием, если он будет координировать свои действия с Турцией. И, когда началась война, Мансур появился за Кубанью. Свою дея¬тельность среди закубанских народов он начал с религиоз¬ных наставлений, доказывая своим последователям, что каж¬дый из них должен победить в войне как минимум 10 «не¬верных». Неграмотный пастух из бедной чеченской семьи, он был прекрасным психологом, обладал сильной волей и гибким умом. Очень высокого роста, необыкновенно краси¬вый, с даром прирожденного оратора, он производил боль¬шое впечатление на своих слушателей и вскоре собрал вок¬руг себя немалое число сторонников. К тому же бедные слои горцев привлекала и его антифеодальная программа. По¬степенно Мансур переходил к активным военным действи¬ям, нападая на русские границы. Вскоре русскому командо¬ванию стало известно, что из Суджука к черкесам был на¬правлен турецкий отряд, который должен возглавить напа¬дение горцев на Кавказскую оборонительную линию. С це¬лью не допустить этого в сентябре 1787 г. командующий
Кавказской армией генерал П. С. Потемкин с отрядом в 8 тыс. человек при 35 орудиях переправился через Кубань возле Прочного Окопа и двинулся к междуречью Лабы и Урупа, где располагались основные силы Мансура. 20 сен¬тября П. С. Потемкин встретил передовой отряд Мансура. Горцы бросились врукопашную. Но силы были неравными. Особенно большие потери горцы несли от тяжелых орудий. Потеряв около 400 человек убитыми, они отступили к сво¬им главным силам.
21 сентября 1787 г. Мансур атаковал русский отряд, но вынужден был отступить. В это время подошло подкрепле¬ние из бесленеевцев, абазинцев и других горских народов. 22 сентября Мансур вновь атаковал царские войска. Одна¬ко сильный огонь из ружей и орудий остановил наступле¬ние. Отряды горцев вынуждены были разбиться на мелкие группы и скрыться в ущельях и лесах. 25 сентября П. С. Потемкин отдал приказ своему отряду возвращаться к берегам Кубани.
В октябре 1787 г. новый командующий кавказскими войсками генерал П. А. Текелли получил приказ от князя Г. А. Потемкина направить войска за Кубань для ис¬требления неприятеля, чтобы отбить у него охоту «поку¬ситься когда-либо на границы российские». Было сфор¬мировано два отряда: один под командованием П. А. Текелли, а другой — атамана Войска Донского А. И. Иловайского. 13-14 октября оба отряда перепра¬вились через Кубань и двинулись навстречу абазинцам, которые заняли непроходимые ущелья между Кубанью и Большим Зеленчуком. Однако ущелья не могли быть надежной защитой от шквального огня русской артил¬лерии, и абазинцы прислали депутатов с просьбой о по¬миловании и принятии их в российское подданство. 19 октября 1787 г. отряд П. А. Текелли встретился с основными силами Мансура и вынудил последнего от¬ступить к р. Уруп. Путь Мансуру на Кубань был отре¬зан, сзади были труднопроходимые снежные горы. Боль¬шинство его воинов вынуждены были прекратить сопро¬тивление. Определенную роль в этом сыграли и кабар¬динские князья, которые заставили бесленеевцев подчи¬ниться России и взяли от них аманатов (заложников из наиболее авторитетных семей).
Сам Мансур с горсткой своих соратников был вынужден уходить через вершины снежных гор, оставляя в пути из¬можденных и обмороженных людей.
В начале 1788 г. Мансур оказался в турецкой крепости Суджук-кале, откуда он рассылает свои воззвания к горцам с призывом не прекращать войну с Россией. Турция к это¬му времени успела потерпеть поражение под Кинбурном (октябрь 1787 г.) и стремилась активизировать свои дей¬ствия в Крыму. Поэтому князь Г. А. Потемкин отдает гене¬ралу П. А. Текелли распоряжение начать военные действия против турецких крепостей Анапа и Суджук-кале, чтобы отвлечь Турцию от действий в Крыму.
19 сентября 1788 г. П. А. Текелли со своим отрядом перешел р. Кубань ниже устья Лабы и двинулся по ку¬банскому левобережью в сторону Анапы и Суджук-кале. Преодолевая сопротивление турок, П. А. Текелли подо¬шел к р. Убин, где был встречен армией Мустафы-паши, насчитывавшей 2500 турок и 8 тыс. горцев. 25-26 сен¬тября 1788 г. произошло сражение. Потеряв 1500 чело¬век убитыми и ранеными, Мустафа-паша вынужден был отступить. Потери русских были в 6 раз меньше. Путь на Анапу был открыт! 13 октября 1788 г. П. А. Текелли по¬дошел к Анапе, где имелся сильный гарнизон, подгото¬вивший крепость к обороне. Под защитой Анапы нахо¬дился и Мансур. 14 октября передовые части П. А. Те¬келли в составе драгунской бригады и казачьего полка произвели разведку боем под стенами Анапы. Защитни¬ки крепости встретили их сильным огнем, с тыла их ста¬ли атаковать горцы. В таких условиях П. А. Текелли не решился на штурм Анапы и увел свой отряд на зимние квартиры. Нерешительность генерала вызвала недоволь¬ство императрицы, которая освободила его от командова¬ния на Северном Кавказе.
Между тем неудача П. А. Текелли окрылила турок, кото¬рые стали действовать более решительно на Черноморском побережье Кубани. Пятитысячные десанты их высадились в Анапе и Суджук-кале, возникла опасность захвата Тамани, а затем и Крыма. Поэтому Г. А. Потемкин приказал Кубанс¬кому корпусу занять Тамань, а Кавказскому корпусу — при¬крыть границу по р. Кубани от вторжения закубанских на¬родов. Стало известно, что турецкий султан направил Мансу-ру послание, в котором просил его активизировать действия горцев против России. Новый командующий кавказскими войсками генерал Ю. Б. Бибиков решил упредить события и зимой 1790 г. отправился в поход за Кубань. Сделавший с помощью влиятельных людей стремительную карьеру Ю. Б. Бибиков мечтал упрочить ее боевыми подвигами. 19 февраля 1790 г. в районе Прочного Окопа он с отрядом в 7600 человек перешел Кубань и через предгорья взял курс на Анапу. Атакуемый горцами, Ю. Б. Бибиков тем не менее упорно шел к крепости, взятие которой, считал он, прославит его имя. В середине марта 1790 г. его отряд вышел на Анап¬скую равнину и, отбросив двухтысячный отряд Мустафы-паши, подошел к крепости. В последней находилось не пятьсот че¬ловек гарнизона, как он предполагал, поверив слухам, а зна¬чительно больше. Одних жителей Анапы насчитывалось 40 тыс. человек. И все же Ю. Б. Бибиков решил атаковать крепость, но в ночь с 25 на 26 марта поднялась такая снеж¬ная буря, что многие из его отряда простудились и заболели, да еще пало 150 лошадей. Командующий понял, что штурмо¬вать крепость бесполезно, и отдал приказ к возвращению. Обратный путь в 128 км оказался еще более тяжелым. Обес¬силевшие солдаты, питавшиеся кониной и травой, в день мог¬ли проходить только по нескольку километров. Лишь 4 мая 1790 г. отряд Ю. Б. Бибикова в самом плачевном состоянии подошел к русскому военному укреплению Григориполис. За время похода отряд потерял свыше 1100 человек, из кото¬рых 618 умерли от болезней. Разгневанный Г. А. Потемкин писал Екатерине II: «Сей недостойный офицер, для сниска¬ния личной пользы, пренебрег всем и подвергнул гибели людей, из которых каждый поистине дороже его». Императрица рас¬порядилась отдать Ю. Б. Бибикова под суд.
В это время турецкое командование готовит крупные де¬санты в Крыму, для него на Кубани в районе Анапы была сосредоточена 40-тысячная армия Батал-паши. Однако 8 июля 1790 г. Черноморский флот под началом адмирала Ф. Ф. Ушакова разгромил турецкую эскадру возле Керченс¬кого пролива и сорвал высадку десанта в Крыму. Тогда турец¬кое командование изменило свой план и решило направить армию Батал-паши для подчинения себе Кабарды и захвата главной крепости Кавказской военной линии — Кизляра.
Пытаясь привлечь на свою сторону горскую знать Закуба-
нья и Кабарды, турецкие чиновники устремились в их аулы
с деньгами и подарками. Так, в июне 1790 г. Батал-паша пи-
сал кабардинским владельцам, что турецкое правительство
посылает им 4 тысячи кошельков (думается, далеко не пус-
тых). Но все надежды турок на массовое выступление едино-
верных горцев не оправдались. Бесленеевцы, например, отка-
зались поддержать турок, а абазинцы нередко сами нападали
на последних. И все же Батал-паше удалось привлечь под
свои знамена свыше 15 тыс. горцев. Вместе со значительной
по численности турецкой конницей (не менее 6 тыс. чел.) и
30 орудиями он 28 сентября 1790 г. появился в Закубанье у
речушки Тохтамыш (недалеко от современного г. Черкес-
ска). Здесь находился передовой от-
ряд русских войск под командовани-
ем генерала И. И. Германа. Несмот-
ря на то, что у И. И. Германа было не
более 4 тыс. человек, он решил дать
сражение, не дожидаясь прибытия ос-
новных сил. Заняв господствующие
высоты, И. И. Герман отразил ярост-
ный натиск турецкой конницы, а за-
тем сам перешел в наступление. Рус-
ские войска, преследуя турок, ворва-
лись в их лагерь, захватили много
пленных, в том числе и их командующего Батал-пашу. Горцы оказались ненадежными союзни¬ками турок. Большинство из них предпочло быть сторонни¬ми наблюдателями разгрома Батал-паши. Мало того, многие горские владельцы обратились к русскому командованию с просьбой принять их в подданство России. Так, в ноябре 1790 г. командиру Кубанского корпуса об этом заявила де¬легация из 58 представителей закубанских народов.
Поражения на Северном Кавказе, а затем и на Дунае, где в декабре 1790 г. А. В. Суворов взял штурмом Измаил, показали турецкому правительству бесперспективность борьбы с Россией. Но за спиной Турции стояла Англия, традиционно любившая решать свои задачи чужими рука¬ми. Она убедила правительство турецкого султана продол¬жить войну с Россией. В марте 1791 г. активные военные действия возобновились. Русское командование решило зах¬ватить основную турецкую цитадель в Закубанье — Анапу. Сделать это было нелегко. Анапа представляла собой пер¬воклассную крепость, отстроенную под руководством фран¬цузских инженеров. Семь мощных каменных бастионов были соединены между собой валами. Глубокий и широ¬кий ров (до 4,5 м), обложенный камнем, окружал Анапу, уходя своими концами в море. Со стороны моря Анапа была практически неприступна, защищен¬ная скалистыми берегами и морской от¬мелью, не позволявшей большим судам подходить к крепости. Укрепляя Анапу, турки увеличили ее гарнизон и число ору¬дий. Если в 1787 г. там было 58 пушек, то к 1791 г. их число возросло почти вдвое. Гарнизон насчитывал до 25 тыс. человек. Одновременно шла идеологическая обра¬ботка местного населения. Мустафа-паша из Анапы рассылал горцам письма, уве¬ряя, что он собрал огромное войско, кото¬рое разобьет русских. Призывал горцев вы-Медаль в честь ступить на стороне турок и Мансур, нахо-побед 1791 г. дившийся в Анапе.
В начале 1791 г. новый командующий кавказскими войс¬ками генерал И. В. Гудович стал готовиться к походу на Ана¬пу. 9 мая с отрядом численностью свыше 12 тыс. человек и 20 орудиями И. В. Гудович, взяв 40-дневный запас продоволь¬ствия, вышел в поход. 24 мая за Кубанью к нему присоеди¬нился отряд генерала Загряжского с 16 орудиями полевой ар¬тиллерии, а 8 июня — отряд генерала Шица с 14 орудиями и 90 штурмовыми лестницами. В 4-х километрах от Анапы вой¬ска И. В. Гудовича были атакованы противником, который понес большие потери от русской артиллерии. 19 июня был открыт огонь по крепости, вызвавший в Анапе многочислен¬ные пожары. И. В. Гудович отправил Мустафе-паше письмо с предложением сдать Анапу, обещая жизнь и свободу анапско¬му гарнизону. Вместо ответа турки открыли массированный огонь по русским войскам. По призыву Мансура в тыл рус¬ским войскам ударили восемь тысяч горцев, но были отбиты казаками. Под прикрытием артиллерийского огня русские атакующие колонны железным кольцом все плотнее и плот¬нее сжимали Анапу. Призывы Мансура к горцам об оказа¬нии помощи туркам уже не возымели действия. 20-21 июня шли ожесточенные бои под стенами крепости. Ранним утром 22 июня 1791 г. штурмовые колонны И. В. Гудовича с крика¬ми «ура» ринулись на крепостные бастионы. Некоторое время бои продолжались в самой Анапе. Отчаянно защищался, зак¬рывшись в погребе, шейх Мансур. Он сдался лишь тогда, когда его предупредили, что погреб будет взорван при дальнейшем сопротивлении. Потеряв свыше 8 тыс. убитыми, турки пре¬кратили сопротивление. Победителям досталось 95 орудий, 130 знамен и вымпелов, 14 тысяч пленных, среди которых и начальник крепостного гарнизона Мустафа-паша.
Падение мощной турецкой крепости с превосходящим по численности русские войска гарнизоном произвело сильное впечатление на закубанские народы, правители которых яви¬лись к И. В. Гудовичу и изъявили желание принять российс¬кое подданство.
Разгром армии Батал-паши, потеря Анапы, поражение 80-тысячной турецкой армии на Дунае при Мачине (28 июня
1791 г.) заставили султанское правительство заговорить о мире. 29 декабря 1791 г. был подписан Ясский мирный договор. Он подтверждал присоединение Крыма и Прикуба-нья к России. Восстанавливалась прежняя граница по р. Кубани. Анапа возвращалась Турции. Но последняя обя¬зывалась «воздерживать народы левобережной Кубани от на¬бегов на русские границы». Этим самым признавался про¬текторат Турции над народами Закубанья, которые, однако, всегда считали себя независимыми от нее.
Русско-турецкая война 1787-1791 гг. упрочила позиции России на Северном Кавказе, усилила ее авторитет среди населения региона, способствовала освоению степных про¬сторов Прикубанья и росту экономических связей с горски¬ми народами кубанского левобережья.
… Генерал И. И. Герман о причинах поражения Батал-паши.
Первая и главная ошибка Батал-паши состояла в том, что он остано¬вился на Кубани и без всякой надобности потерял целых три дня, в продолжение которых мог бы быть у самого Георгиевска. Тогда, хотя бы турецкая армия и была разбита в полевом сражении, все-таки большая часть Кавказской линии едва ли была бы спасена от погрома. Во время сражения турки также сделали три важных ошибки: они не употреби¬ли всех своих сил, чтобы отбить у нас Тахтамышские горы, пока мы не успели еще на них утвердиться, не заняли высот, лежавших у нас на левом фланге, которых мы не могли занять по своей малочисленности, и, наконец, приняли бой на такой невыгодной местности, где артиллерия их не могла нанести нам значительных потерь…