§5. Присоединение Прикубанья к России.

Международная обстановка в 70-х — начале 80-х годов XVIII в. была более чем благоприятной для реализации Россией поставленных задач.
Франция — главный противник России в русско-турец¬ких разногласиях — была занята внутренними событиями: в стране складывалась революционная ситуация.
С Англией был заключен торговый договор, способство¬вавший улучшению русско-английских отношений. А война Англии с североамериканскими колониями отвлекала ее вни¬мание от политической борьбы в Черноморском бассейне.
После Семилетней войны Россия проводила политику сближения с Пруссией, которая вылилась в оборонительный союз. Одна из секретных статей договора предусматривала получение Россией денежной субсидии от Пруссии в случае войны с Турцией.
С Австрией, как и с Пруссией, Россия заключила предва¬рительное соглашение о территориальном разделе Польши.
С Данией Россию связывал оборонительный договор, в котором был пункт о помощи России в случае ее войны с Турцией. А в 1780 г. была заключена конвенция о защите нейтрального кораблеплавания, соединившая еще и торго¬вые интересы России и Дании. Швеция так и не смогла подняться после поражения в Северной войне.
В 1780 г. в связи с англо-американской войной Россия выступила инициатором морского вооруженного нейтрали¬тета, который поддержали Североамериканские Соединен¬ные Штаты, Франция, Испания и Нидерланды. Декларация о вооруженном нейтралитете продемонстрировала, какого большого влияния и значения добилась Россия в области международных отношений.
Политическая обстановка в Персии (ныне Иран) также была на руку царскому правительству. После смерти пер¬сидского правителя страна находилась в огне междоусоб¬ной борьбы за власть, что доставляло пограничным с Перси¬ей турецким областям немало хлопот.
Не лучшая обстановка была в Турции. Освободительное движение угнетенных Портой народов, постоянные межфео¬дальные распри осложнялись выступлениями народных ни¬зов в империи. Нередко волнения охватывали и столицу, как это было, например, в августе 1782 г., после огромного пожара в Стамбуле. Все это отвлекало внимание султанского прави¬тельства от внешних событий. В ином положении находи¬лась Российская Империя. Угроза предстоящей войны не пугала Россию, сознававшую свой высокий авторитет в Евро¬пе и военное превосходство над Турцией.
В начале 1783 г. Г. А. Потемкин вызывает к себе на сове¬щание в г. Херсон А. В. Суворова и атамана Войска Донско¬го А. И. Иловайского. Совещание было посвящено вопросам подготовки предстоящего присоединения Прикубанья к Рос¬сии. А. В. Суворову было приказано привести в полную бое¬вую готовность Кубанский корпус, а А. И. Иловайскому -усилить суворовские войска 17 казачьими полками. Кубан¬ский корпус в это время находился на Дону, куда из Херсона и вернулся А. В. Суворов, ожидая дальнейших указаний.
В начале апреля 1783 г. Екатерина II сообщила Г. А. По¬темкину о решении присоединить к России немедленно полу¬остров Крым, Тамань, Прикубанье и рекомендовала «стараться в Крыму, Тамани и на Кубани устраивать как порядочные и образу мыслей и жития новых наших подданных свойствен¬ное земское правление, так особливо военную стражу и оборо¬ну». Организацию земского управления Екатерина II намеча¬ла осуществить после приведения татар и ногайцев к присяге.
Для присоединения Крыма и Прикубанья к России необ¬ходимо было уговорить хана отречься от престола, что не без труда удалось сделать Г. А. Потемкину.
8 апреля 1783 г. был опубликован царский манифест о присоединении Крыма, Тамани и Кубанского Правобережья к России. Издавая этот документ, царское правительство учитывало возможность русско-турецкой войны. Но Россия была подготовлена к ней, и, по мнению Екатерины, эта го¬товность должна была поколебать решимость Турции. По подсчетам царской канцелярии, пресловутая «независи¬мость» крымских татар стоила России 7 млн. рублей, не считая материальных и людских потерь. Поэтому русское правительство заявило о своем праве присоединить Крым и Прикубанье, тем более что продолжавшиеся провокации Турции ставили под угрозу независимость Крымского хан¬ства и спокойствие России. Все это было объяснено прави¬тельству султана русским послом в Константинополе, ко¬торому для лучшего ведения дела были посланы соответ¬ствующие наставления и деньги «на обращение в пользу личного лакомства [подкупа] турецких министров, если толь¬ко оные с небрежностью успеха в игру ввести можно».
В рескрипте, данном Екатериной II 8 апреля на имя Г. А. Потемкина, особое внимание уделялось Шагин-Гирею. Ему разрешалось набрать из татар и закубанцев отряд и отправиться в Персию для захвата там власти и создания себе владения, не меньшего по территории, чем Крымский полуостров. Со своей стороны царское правительство обе¬щало ему помощь в этом мероприятии. Кроме того, ему на¬значалась пенсия в размере 200 тыс. рублей в год.
После опубликования манифеста многие ногайские мурзы стали готовить свои аулы к уходу за Кубань, куда их усиленно приглашали турецкие агенты, пугая властью России. В апре¬ле 1783 г. Г. А. Потемкин отдает распоряжение командирам корпусов быть готовыми к приведению новых подданных к присяге на верность России. Для проведения ритуала прися¬ги. А. В. Суворов собирает свои части к Ейскому укреплению и просит атамана А. И Иловайского прислать ему ещё 2 пол¬ка. А. И. Иловайский тотчас же дает распоряжение станич¬ным атаманам, чтобы все казаки и «выростки»(казачьи дети не моложе 15 лет) были приведены в военную готовность. Эти приготовления и меры предосторожности были необходимы на случай отказа ногайцев принять новое подданство и, как показали дальнейшие события, явились весьма кстати. В от¬личие от А. И. Иловайского, который был настроен по отно¬шению к ногайцам агрессивно, А. В. Суворов не был склонен к применению крайних мер. Он прекрасно понимал, что при¬нуждение их к присяге не даст положительных результатов и, во всяком случае, не послужит гарантией прочного мира на Кубани. Поэтому он употребил все мирные средства, чтобы удержать ногайцев от ухода за Кубань и убедить их в преиму¬ществах нового подданства.
В июне 1783 г. А. В. Суворов с войсками Кубанского кор¬пуса занимает главные посты на Кубани: Темрюк, Ачуев, ре¬дуты на реках Кирпили и Бейсуге. Главные силы Кубанско¬го корпуса посылаются им в Копыл, где было намечено со¬здать фуражные склады. А. В. Суворов решает укрепить нижнюю часть Кубани и полуостров Тамань, построив новые укрепления и по возможности восстановив старые. Для улуч¬шения сообщения между отдельными постами и ускорения переправы русских войск через реки строились понтоны.
Готовясь к приведению ногайцев Кубани к присяге, пол¬ководец внимательно прислушивается к их желаниям, вни¬кает в настроения кубанского населения.
18 июня 1783 г. генерал-поручик П. С. Потемкин при¬нял присягу у ногайских и татарских орд, кочующих в вер¬ховьях Кубани.
А, В. Суворов назначил для сбора ногайцев площадь близ Ейского укрепления. Представителям светской и духовной власти, знатным и уважаемым старикам ногайских орд были посланы приглашения. К моменту торжества были зажарены сотни быков и баранов, привезено свыше 500 ве¬дер водки (мусульманам запрещено пить вино). Для учас¬тия в празднествах А. В. Суворов просил Иловайского при¬слать ему 100 казаков — хороших джигитов.
28 июня к Ейску съехались несколько тысяч представи¬телей ногайских орд. После религиозной церемонии был зачитан манифест Шагин-Гирея о добровольном отречении от престола. Затем ногайцы присягнули на Коране в верно¬сти России. Многим ногайским мурзам были присвоены офицерские чины русской службы, сделаны богатые подар¬ки. Наиболее приверженному к России 100-летнему Мусе-бею, который в очередной раз решил жениться, А, В. Суво¬ров купил у черкесов молодую невесту.
Три дня длился пир в честь вхождения ногайцев и При-кубанья в состав России. Казаки и ногайцы демонстрирова¬ли искусство верховой езды, джигитовки, стрельбы. А. В. Суворов по поручению Г. А. Потемкина в это время вел переговоры с ногайскими мурзами о переселении их орд лгу, в уральские степи, откуда они когда-то .пришли…
Найдите на карте «Кубанские земли во время русско-турецких войн 1768-1774 и 1787-1791 гг.» (см.: Атлас. С. 14.) место, где. А. В. Суворов принимал от ногайцев присягу на верность России.
Одновременно с А. В. Суворовым принимали присягу от ногайцев и его помощники (в районе Тамани и крепости Копыл).
После присоединения Прикубанья к России в повестку дня стал вопрос о прочном и окончательном закреплении в этой области Северного Кавказа. Для этого решено было пересе¬лить ногайцев из кубанских степей в другие регионы России, в частности в Заволжье. Экономическое и политическое пол.о-жение ногайских орд и при новом подданстве не создавало гарантий мира и спокойствия на Северном Кавказе. А Тур¬ция, вынужденная, признать присоединение новых земель к
России в силу своей экономической и военной слабости, не собиралась навсегда отказаться от бывших вассалов.
Вопрос о переселении ногайских орд с Кубани в уральс¬кие степи или на луговую сторону Волги поднимался еще в 1771 г. По многим причинам царское правительство не считало это возможным и достаточно удобным в то время. Теперь положение было иное. Г. А. Потемкин окончатель¬но решил перевести ногайские аулы в уральские степи, о чем сообщил Екатерине II. Ещё не дождавшись решения, он приказал А. В. Суворову привести в исполнение заду¬манный им план. Переводя ногайцев в другие области, князь Г. А. Потемкин преследовал несколько целей: во-первых, навсегда удалить их от турецкого влияния; во-вторых, уда¬лить их от Закубанья, куда они могли бы уйти в случае недовольства; в-третьих, заселить ими малолюдный и разо¬ренный крестьянской войной Е. Пугачева край.
Намереваясь переводить ногайцев в уральские степи, А. В. Суворов просит прислать ему еще один полк донских казаков. По распоряжению полководца на всех реках по пути будущего следования ногайцев строились переправы и возводились мосты. Агитируя за переселение, А. В. Суво¬ров умело привлекал посулами и наградами ногайскую знать.
В конце июля 1783 г. ногайцы стали собираться к Ейску для следования к месту назначения. Объяснив ногайцам вы¬годы их переселения, А. В. Суворов разделил орды на колон¬ны, и под присмотром’русских войск они двинулись в путь. А. И. Иловайский прикрыл территорию Войска Донского длинным казачьим кордоном, который протянулся от р. Ей до среднего течения Дона. Позади переселенцев ехал с казачь¬ими отрядами А. В. Суворов. Русское командование не без оснований приняло столь серьезные меры предосторожности. Часть ногайцев была недовольна переселением. Их пугала неизвестная им уральская степь. Ещё 10 июля начались вол¬нения в Едишкульских аулах, жителей которых больше при¬влекал уход за Кубань, чем в неизвестные степи.
Поводом к массовому возмущению ногайцев послужил приезд на Тамань Шагин-Гирея, который в тайно разос¬л а иных письмах призывал их оставаться на Кубани. Не¬довольный вынужденным отречением от престола, Ша¬гин-Гирей решил всячески мешать осуществлению пла¬нов русского правительства. В среде ногайцев был пущен слух, что русские ведут их в уральские степи, чтобы унич¬тожить.
31 июля 1783 г., отойдя от Ейска к речке Куго-Ее, часть ногайцев внезапно напала на русскую команду и предан¬ных России ногайцев. А. В. Суворов поспешил вперед, пы¬таясь успокоить их, но это не дало положительных резуль¬татов. Ногайцы восставших аулов повернули назад, к остав¬ленным кочевьям.
Волнения охватывали все большее и большее количество ногайских аулов. На реке Большая Ея около десяти тысяч джембойлуков напали на небольшой русский форпост, ох¬раняемый ротой Бутырского полка. Русские солдаты, оче¬видно, все погибли бы, если бы на помощь не подошли отря¬ды полковника Телегина. Почти полдня продолжалось сра¬жение. Ногайцы отступили, потеряв много убитыми, среди которых был один из руководителей восстания. В это же время другой непримиримый враг России — Тав-султан — с большим отрядом ногайцев подступил к Ейскому укрепле¬нию и в течение трех дней пытался взять его, но, потеряв до 400 человек убитыми и более 200 взятыми в плен, вынуж¬ден был отступить и вскоре ушел за Кубань.
В августе восстание охватило уже большую часть ногай¬ских аулов. Султаны восставших орд договорились, что часть ногайских аулов произведет опустошительный набег на дон¬ские селения, для того чтобы отвлечь внимание и силы Ку¬банского корпуса, а другая нападет на русские сторожевые отряды и, истребив их, откроет путь к отходу за Кубань, где некоторые черкесские князья обещали им защиту и помощь. Но этот план не удался. В то время, когда ногайцы быстро продвигались к Дону, оттуда по требованию А. В. Суворова шли на Кубань три казачьих полка. Ошеломив ногайцев внезапным ударом, 10 сентября 1783 г. казаки преследова¬ли их до позднего вечера.
Попытка другой части ногайцев захватить русские по¬сты также не увенчалась успехом, им удалось лишь взять в плен мурз, которые выступили за переселение ногайцев.
Подполковник Лешкевич с отрядом вскоре догнал но¬гайцев, разбил их, захватив в плен руководителей восстания, которые были отправлены в Азовскую крепость. Попытки слабовооруженных ногайцев противостоять регулярным русским войскам были обречены на неудачу. А. В. Суво¬ров разрешил Едишкульской и Едисанской ордам возвра¬титься на старые кочевья, а сам с регулярными войсками и тремя казачьими полками двинулся через Ейск к Копылу, где было намечено место сбора войск Кубанского корпуса.
Тем временем основная часть восставших ногайцев ушла в верховья Кубани и переправилась на левый берег, в За-кубанье.
Вскоре большой отряд ногайцев вновь атаковал Ейское укрепление. Нападение было отбито со значительными по¬терями с обеих сторон. Однако ушедшие за Кубань ногайцы продолжали беспокоить русские посты, нападая на них и уводя за Кубань пленных, за которых потом требовали боль¬шой выкуп.
Неудача с переселением, волнения ногайцев и связанная с этим активизация антирусской деятельности на Кубани, возникшая угроза использования восставших ногайцев тур¬ками — все это ускорило решение вопроса о ногайцах. Г. А. Потемкин приказывает А. В. Суворову разгромить непокорных ногайцев, а А. И. Иловайскому — способство¬вать этому.
Но прежде всего необходимо было удалить из Прикуба¬нья бывшего хана Шагин-Гирея, который, покинув г. Воро¬неж, где ему было определено местожительство до предпо¬лагаемого похода в Персию, появился на Кубани, помогая мятежным ногайцам и устанавливая связи с турецкими агентами. В Тамань к генерал-майору Елагину был послан курьер с приказом арестовать Шагин-Гирея, но кто-то пре¬дупредил хана, и он успел ночью уйти за Кубань. Попытка Елагина захватить хана не увенчалась успехом.

Отъезд Шагин-Гирея в Закубанье ускорил поход против ногайцев, который поручено было провести войскам Кубан¬ского и Кавказского корпусов и казачьим полкам Войска Донского.
Получив известие о переходе ногайских аулов через Кубань, командование русских войск решило настигнуть их прежде, чем они уйдут в горы и станут практически недосягаемыми.
1 октября 1783 г. недалеко от устья р. Лабы войска А. В. Суворова и командира Кавказского корпуса генерала М. Н. Леонтьева атаковали ногайцев. Несколько часов дли¬лось сражение, закончившееся поражением последних. Сот¬ни пленных ногайцев были отправлены для работ на Дон, свыше 200 горцев, участвовавших в сражении, были отпу¬щены.
Проследите разгром непокорных ногайцев по карте «Кубанские земли во время русско-турецких войн 1768-1774 и 1787-1791 гг.» (см.: Атлас. С. 14).
Разгром ногайцев произвел сильное впечатление на насе¬ление Крыма и Северо-Западного Кавказа. Крымские татары массами переселялись в Турцию, три тысячи кибиток заку-банских ногайцев вернулись в Прикубанье, черкесские князья присылали белые знамена в знак мира и дружбы с Россией.,
Чтобы полностью восстановить спокойствие на Кубани, не¬обходимо было окончательно решить вопрос о Шагин-Гирее, ко¬торый продолжал возбуждать недовольство среди единоверцев.
Было приказано доставить хану письмо Екатерины II, в котором она напоминала Шагин-Гирею о назначении ему пенсии и просила временно вернуться в г. Воронеж. Суво¬ров послал к Шагин-Гирею полковника Я. И. Булгакова, которому хан сказал, что он болен и переехать не может, а пошлет письмо императрице. Награждение хана российс¬кими орденами не повлияло на его решение — он отказался от них. Разгневанная Екатерина велела передать хану, что, возведенный на престол русским оружием, он своей жесто¬костью дал повод к недовольству татарского населения, чем чуть не воспользовалась Турция во вред Российской Импе¬рии. На Тамань было послано строгое предписание любыми

способами, вплоть до применения силы, доставить Шагин-Гирея в Воронеж, Орел или Калугу. Но бывший хан не захо¬тел жить ни в одном из этих городов и по его настоятель¬ной просьбе был отпущен в Турцию, где по приказанию сул¬тана и был умерщвлен.
В феврале 1784 г. князь Г. А. Потемкин известил А. В. Суворова, о том, что «Порта Оттоманская торжествен¬ным актом признала подданство Крыма и Кубани Всерос¬сийскому престолу». Границей России на Северо-Западном Кавказе стала р. Кубань. Россия отказалась от притязаний на Суджук-кале и Анапу. В результате долгой борьбы Рос¬сия окончательно укрепилась в Прикубанье.
Утверждение России в Крыму и Прикубанье явилось со¬бытием большой исторической важности. С ликвидацией пресловутой «независимости» Крымского ханства отошла в прошлое традиционная «борьба с татарами», а русский народ навсегда освободился от бесконечных набегов крым¬ских ханов.
Присоединение Крыма и Прикубанья ослабляло позиции Турции в Причерноморье, лишало ее выгодных стратеги¬ческих плацдармов на подступах к России.
Все это обеспечивало безопасность южнорусских земель, создавало условия их хозяйственного освоения.
Этим не исчерпывалось огромное значение присоедине¬ния новых земель к России. Утверждаясь в Прикубанье, Россия не только усиливала свое влияние на Кавказе, но и косвенным образом наносила удар по западноевропейским державам, которые в конце XVIII в. уже пытались исполь¬зовать слабеющую Турцию в своих целях.
Велико значение присоединения Прикубанья к России и для народов Северного Кавказа. Окончательно освобожден¬ные от притязаний крымских ханов, они попадали в сфе¬ру более прогрессивного экономического и культурного вли¬яния, России.
Продвижение России на Северном Кавказе дало толчок к дальнейшему оживлению торговли Российской Империи с народами Кавказа, а через них и со странами Востока.
Из секретного письма Екатерины II князю Г. А. Потемкину от 14 декабря 1782 г.
…Находим мы полезное однажды навсегда кончить дела наши с помянутою державой [Турцией], нежели быть во всегдашней от нее тревоге, чтоб не допустить ее паки к крайнему нам вреду усилиться в татарской области и почти поработить себе оную. В следствии того волю нашу на присвоение того полуострова и на присоединение его к Российской Империи объявляем вам с пол¬ною нашей доверенностью и с совершенным удостоверением, что вы к исполнению сего не упустите ни времени удобного, ни спосо¬бов, от вас зависящих…
Из письма Екатерины II князю Г. А. Потемкину от 8 апре¬ля 1783 г.
…Решились мы в упреждение Порты Оттоманской, деятельно уже на Тамань покусившейся, взять под державу нашу сей ост¬ров, полуостров Крымский и всю Кубань с их жителями.