§3. Ногайцы и адыги в XVI-XVII вв.

В 1550-х гг. правобережье р. Кубани стало составной ча¬стью Крымского ханства, к тому времени окончательно по¬павшего в зависимость от Турции.
Заселено оно было ногайцами — потомками тюркско-мон-гольских племен, входивших когда-то в Золотую Орду. С распадом Золотой Орды на рубеже XIV и XV вв. из нее выделилась Ногайская Орда, получившая свое название по имени золотоордынского темника Ногая. С присоединени¬ем Казанского и Астраханского ханств к Русскому госу¬дарству Ногайская Орда распалась на ряд улусов, т. е. само¬стоятельных родо-племенных объединений, одно из которых под названием Малая Ногайская Орда, или Казыев-улус (ос¬нователем его был Казы-мурза), поселилось на степных про¬сторах Прикубанья. К XVII в. Малая Ногайская Орда рас¬палась еще на ряд самостоятельных орд — Буджакскую, Едич-кульскую, Едисанскую, Джембойлуковскую и другие. У но¬гайцев этого времени были еще сильны родо-племенные отношения. Во главе орд стояла выделившаяся из родо-пле-менной верхушки знать (султаны, мурзы и др.). Степная аристократия ведала всеми делами ногайцев, начиная от определения мест для кочевий и заканчивая разрешением внутрисемейных споров. Она была практическим хозяином пастбищ, степных рек и простых крестьян-кочевников, ко¬торые безоговорочно подчинялись ей. Орды делились на поколения, поколения — на аулы, аулы — на казаны (семьи). Значительную прослойку ногайской знати составляло мусульманское духовенство — ахуны, кадии и др. Они раз ипрали судебные дела, осуществляли необходимые религи¬озные обряды на свадьбах, похоронах и т. д., получая за это соответствующее вознаграждение.
К низшим слоям населения относились крестьяне-ско¬товоды, крепостные и рабы. Кочевники-скотоводы формаль¬но были свободными людьми, но фактически, в силу сослов¬ной и экономической зависимости от знати, их свобода была ограниченной. Частые голодные годы, бескормица, эпидемии приводили к обнищанию значительной массы крестьян, ко¬торых называли байгушами, т. е. неимущими.
Крестьяне, которые попадали не только в экономическую, но и в личную зависимость от своих богатых и знатных соплеменников, назывались чагарами, т. е. зависимыми.
Самыми же бесправными людьми были ясыри, т. е, рабы. Они являлись по сути дела живой вещью хозяина, с которой он мог сделать что угодно: продать, обменять или даже убить.
Ногайцы занимались кочевым скотоводством, поэтому все время передвигались и не имели постоянного места житель¬ства. Жили они в войлочных кибитках, которые перевози¬ли на больших телегах. Главным мерилом их богатства являлся скот. Самые знатные имели по нескольку тысяч голов лошадей, коров и овец. В незначительных объемах ногайцы занимались земледелием. Сеяли главным образом ячмень, лен и некоторые огородные культуры. Обработка земли была упрощенной, без удобрений и водных поливов. Занимались также охотой и рыболовством. Охотой ногай¬цы промышляли круглый год, и это пополняло их продо¬вольственные запасы, особенно зимой. Отсутствие поселков и городов явилось одной из причин слабого развития у них технических ремесел. Они производили луки, стрелы, седла, повозки, телеги. Более развитыми у них были домашние промыслы, основанные на животноводческом сырье. Изго¬товляли обувь, овчины, кисломолочные продукты. Хозяй¬ство ногайцев было преимущественно натуральным; все, что производилось в кочевых аулах, здесь же в основном и по¬треблялось. В то же время ногайцы вывозили за пределы Кубани немалое количество скота, получая за это железо, соль, зерно от русских купцов. В середине XVI в. ногайцы пригоняли в Москву на продажу тысячи голов лошадей и овец. Однако развитию торговых связей Русского государ¬ства и ногайских орд мешала их зависимость от крымских ханов, отношения которых с Москвой в этот период были далеко не всегда дружелюбными.
Соседями ногайцев были адыги, обитавшие в предгорьях левобережной Кубани. В это время у них завершался про¬цесс разложения патриархально-родовых отношений.
Внутри этнических групп выделялись старшины и знать, усиливалось имущественное и социальное неравенство. Старшины стояли во главе таких этнических групп ады¬гов, как шапсуги, абадзехи, натухайцы. Возглавляли они их не столько по праву происхождения, сколько в силу зажиточности и авторитетности. Старшины использовали в своем хозяйстве труд зависимых крестьян, но в своей общественно-политической деятельности опирались на сво¬бодное крестьянское сословие — тфокотлей. Поэтому эти сформировавшиеся из родовых племен народности в науч¬ной литературе принято называть «демократическими». Иная социальная структура была у так называемых «ари¬стократических» народностей — бжедугов, хатукаевцев, темиргоевцев и бесленеевцев. Во главе их стояла горская знать — князья и дворяне. Основную массу населения со¬ставляли тфокотли. Были также крепостные и рабы. В ру¬ках князей была сосредоточена политическая власть. Один из неписаных горских законов того времени гласил; «Князь пользуется совершенною свободою и ни от кого не зави¬сит». Князья собирали подати с подвластного населения, вершили правосудие, были хозяевами земель, больших по¬головий скота, рабов и крепостных. Являясь членами об¬щины, они стремились не только подчинить ее своему вли¬янию, но и захватить побольше общинных земель. Князья имели свои военные дружины из зависимых от них дво¬рян — узденей. Уздени в свою очередь по значимости дели¬лись на ряд степеней.
Влияние Крымского ханства и Турции сказывалось в усилении и распространении среди адыгов мусульманской религии. Представители высшего духовенства присылались И утверждались турецким султаном. С помощью ислама Турция пыталась закрепить свое господствующее положе¬ние среди адыгов. Адыгский историк Хан-Гирей писал, что черкесское духовенство «стремилось склонить умы своих соотечественников в пользу единоверной державы», т. е. Тур¬ции. В то время как князья и уздени воевали между собой, нападали на соседей с целью приобретения рабов и богатств, основная масса адыгского населения — крестьяне — работа¬ла, развивая и совершенствуя земледелие, скотоводство и домашние промыслы.
Адыги выращивали просо, ячмень, кукурузу, пшеницу. Пу¬тешественники, посещавшие Закубанье, поражались их «рос¬кошным хлебным полям». Подготовка их к посеву требовала немало труда и знаний. Для защиты посевов от ветров и со¬хранения влаги по краям полей сажали деревья. Поля тща¬тельно очищались от сорняков. Основным орудием обработ¬ки земли была мотыга. Для вспашки земли постепенно стали использовать плуги, в которые впрягались волы.
Еще большую роль в предгорьях Кубани, где были пре¬красные пастбища, играло скотоводство. У адыгов существо¬вал своеобразный культ домашних животных, в честь кото¬рых даже устраивались праздники. Далеко за пределами Кубани славились выносливые и быстроходные горские лошади, легко передвигавшиеся по горным тропам.
Широко развиты были пчеловодство, охота и рыболов¬ство. Все необходимое для семьи производилось с помо¬щью домашних промыслов. Хозяйство являлось натураль¬ным, внутренняя торговля была развита слабо. В то же время усиливался товарообмен адыгов с Россией, Крымом, Турцией. Из России адыги получали соль, ткани, метал¬лические изделия. Из Крыма — пряности, предметы рос¬коши. Из Турции поступали заморские вина, табак, вос¬точные и западные товары. Основными предметами вы¬воза в Россию были кожи, шкуры, мед, лес, сало. В Тур¬цию и Крым вывозились главным образом рабы. Круп¬нейшими пунктами товарообмена были Тамань и Анапа. В то же время усиление экспансионистских (захватни¬ческих) тенденций в указанных странах нередко ослож¬няло торговые отношения. Практически не сложились они у адыгов и с ближайшими соседями — ногайцами. Господ¬ство близкого по типу натурального скотоводческого хозяйства у тех и других не способствовало широкому това¬рообмену между Прикубаньем и Закубаньем. К тому же широко развитое у адыгов наездничество, когда малые и большие группы горцев переправлялись через Кубань с целью захвата скота у ногайцев, нередко создавало на¬пряженные отношения между соседями. К наездничеству подталкивало не только стремление проявить свою удаль — качество, высоко ценимое у горцев, но и тяжелое эконо¬мическое положение рядовых горских общинников.
Недостаточно высокий уровень общественно-экономи¬ческого развития ногайцев и адыгов в то время обусло¬вил их межэтническую раздробленность, препятство¬вал формированию как у тех, так и у других собствен¬ной государственности.