§3. Преобразования на Кубани в период общероссийских реформ.

1860-70-е годы ознаменовались крупнейшими преобразованиями в социально-экономической и политической жизни России. Были проведены земская, судебная, военная и другие реформы. Но первенствующее значение имела отмена крепостного права в 1861 г. Реформы с учетом своеобразия местных условий затронули и Кубанскую область. Некоторые же из них здесь вообще не проводились, например земская реформа. Отличительной особенностью было и то, что крепостное право среди кубанского казачества было выражено слабо (крепостных было мало, и в основном ими были дворовые люди). Это было связано не только с вольнолюбивыми традициями казачества, но и ‘:. действовавшим с 1797 г. указом о запрещении продавать крестьян без земли. Черноморское же дворянство, фактически владевшее землей, формально не имело частной собственности. Поэтому большинство зависимых людей в войске считались дворовыми, т. е. безземельными крепостными, работавшими в качестве слуг при хозяйской усадьбе. В 1857 г. таких дворовых в Черномории числилось 749 человек, или 0,5 % от всего населения. Что, однако, роднило крепостных Центральной России и Черномории — это их полное бесправие. Показателен в этом отношении пример из жизни крепостных крестьян А. А. Головатого. Заподозрив одну из дворовых девушек в отравлении своей дочери, войсковой судья приказал нарядить обвиняемую в подвенечное платье, зашить ее в мешок и бросить в реку. Были на Кубани и свои Салтычихи. Например, жена есаула Барыш-Тищенко, до смерти избивавшая своих крепостных. Проведенная в Черномории реформа освободила более 1000 зависимых крестьян от крепостной неволи.

В горских районах Закубанья крепостных и рабов было значительно больше. Здесь, однако, отмена крепостного права была задержана двумя обстоятельствами: продолжавшейся до 1864 г. Кавказской войной и переселением большей части адыгов в Турцию. Поэтому первоочередной задачей считалось проведение земельных преобразований, которые начались в начале 1860-х годов и затянулись на несколько десятилетий. Для экономического, а следовательно, и политического закрепления на новых территориях царское правительство поставило задачу «создать местный, служилый, обладающий земельной способностью класс, который соответствовал бы дворянству центральных губерний». Уже с 1862 г. началось заселение закубанских земель, опустевших после ухода горцев, добровольными переселенцами. Офицерским семьям при этом выделялось от 25 до 50 дес, всем остальным — по 5-10 дес. земли. Десятина земли была немного больше гектара, поэтому новые хозяева становились мелкопоместными владельцами. Однако право собственности охотников-переселенцев, как их называли за то, что они «охотою» (т. е. добровольно) решили поселиться в новых местах, было ограничено. Они не могли продавать свои земли лицам невойскового сословия. Первоначально таких желающих набралось около 14 тыс. семей, но стали вла- I дельцами «охотничьих» участков 9,2 тыс., которым было отмежевано 80,5 тыс. дес. земли. С 1870 г. на Черноморском побережье Кубани выделялось по 20 дес. на 1 мужскую душу казакам упраздненного Шапсугского батальона. Во второй половине 1860-х гг. началось наделение землей кубанских горцев. Для этого они были поделены на 3 категории. К 1-й были отнесены наиболее влиятельные из них. Царское правительство распорядилось наделить их землей «на полном помещичьем праве, в вечное потомственное владение, большим или меньшим участком земли от 1 тыс. до 5 тыс. дес, смотря по степени значения и оказанных каждым услуг правительству». Так, 28 наиболее известных горских владельцев получили в Закубанье в личную собственность 56 тыс. дес. земли. Например, Султан Адиль-Гирей с семьей получил 13 тыс. дес, генерал Могукоров — б тыс, полковник Адиль-Гирей Капланов-Нечев — 5,3 тыс, наследники князя Мусы Туганова — 5 тыс. дес. и т. д. Менее знатным дворянам, отнесенным ко 2-й категории, выделялось по 100-200 дес. на каждую фамилию. Лицам 3-й категории, «людям простого происхождения», земля давалась в общинное пользование в размере «от 9 до 14 дес на душу мужского пола в зависимости от места и почвы». Всего в общинном владении адыгов числилось 311 тыс дес.

В 1870 г. правительство приняло решение наделять офицеров и чиновников Кубанского казачьего войска участками земли в потомственную собственность. Это было своеобразное пенсионное обеспечение. Только 80 отставных генералов стали хозяевами земель по 800-1500 дес каждый. Большинство же офицеров получили до 500 дес, т. е. стали среднепоместными владельцами. Всего войсковым офицерам и чиновникам было отмежевано на Кубани свыше 400 тыс дес земли. Категорию крупных помещиков составили лица, получившие «пожалованные» земли. Среди получивших землю были представители известных в России фами лий: князья Голицын, Щербатов, Лобанов-Ростовский, графы Шереметев, Сумароков-Эльстон, Коцебу, бароны Розен, Врангель, Меллер-Закомельский и др. Каждый из них приплюсовал к своему родовому имению в Европейской России ещё по 5—8 тыс. дес. Активный участник покорения Северного Кавказа граф Н. И. Евдокимов получил на Кубани 10.700 дес. Всего же в Кубанской области российской и местной аристократии было пожаловано более 0,5 млн. дес. удобной земли. Выделив около 12 % земельного фонда под частные владения, правительство большую часть земельной площади Кубани оставило для казачества. Как видим, помещичье землевладение оказалось на Кубани незначительным. В Европейской России оно составляло свыше 36 %.

Наряду с земельными преобразованиями на Кубани шла и подготовка к отмене крепостной зависимости у горских крестьян. В 1865 г. в прокламации к горскому населению русское правительство заявило о невозможности сохранения крепостного права у горцев. В 1866 г. были запрещены купля и продажа крестьян…

В апреле 1867 г. темиргоевские крестьяне обратились к главнокомандующему Кавказской армией с просьбой скорее «освободить их от ига князей», жалуясь, что князья их истязают и что они «у князей своих как скоты». Эти и другие прошения ускоряли решение вопроса. В марте 1868 г. было утверждено «Положение об освобождении зависимых сословий в горских племенах Кубанской области». В нем определялись условия освобождения, и в частности ежегодные выкупные платежи для крепостных мужчин с 20 до 54 лет. Что касается рабов (унаутов) в возрасте 7—45 лет, то они в течение двух лет оставались временнообязанными, после чего освобождались, уплачивая ежегодно часть выкупа.

Горским владельцам было также настоятельно рекомендовано приступить к освобождению зависимых сословий путем заключения добровольных сделок. На их основе уже к концу октября 1868 г. было освобождено свыше 11,4 тыс. горских крестьян, или 72 % от общего числа крепостных и рабов. 1 ноября 1868 г. последовал официальный указ об освобождении горских крестьян Кубанской области. Всего получили освобождение около 16,5 тыс. человек.

С созданием Кубанской области в 1860 г. Черномория была разделена на три округа: Екатеринодарский, Ейский и Таманский. Территория с горским населением — на пять военно-народных округов. Остальная часть области делилась на территории военно-казачьих бригад и полков. На побережье в 1866 г, был образован Черноморский округ. В 1870-х годах область была разделена на пять, а затем на 7 уездов, которые с 1888 г. стали называться отделами: Ейский, Темрюкский, Екатеринодарский, Майкопский, Кавказский, Лабинский и Баталпашинский (нынешняя Карачаево-Черкесия). Черноморский округ был подчинен начальнику Кубанской области. В 1896 г. он был преобразован в самостоятельную губернию с центром в г. Новороссийске.

Судебная реформа 1864 г. коснулась главным образом русского населения Кубани. В горских округах действовали окружные сословные суды. Во главе их стояли начальники округов или их помощники. Менее важные дела разбирали аульные суды. Все споры решались в горских судах по адату (по обычаю). Если по адату было трудно решить вопрос, применялись общероссийские законы.

С 1879 г. в казачьих станицах стали действовать суды, которые избирались станичными сходами. Они принимали дела по возмещению убытков, не превышавших 100 руб. Имели право наказывать штрафом до 3 руб., арестом до 7 дней или шестидневным выполнением общественных работ. Наряду со станичными судами были ещё третейские суды, к которым обращались казаки по общему согласию. С 1891 г. в кубанских станицах стали действовать и суды почетных судей — один на две-три станицы. Эти суды являлись более высокой инстанцией по сравнению со станичными. Большинство дел в станичных судах регулировалось неофициальными нормами или традициями. Надзор за выполнением решений « типичных судов осуществляли станичные атаманы. Крупные дола (убийства, разбои и т. д.) рассматривали окружные суды. I и.тали случаи когда станичники, нарушая правовые нормы, пнтршали самосуды над конокрадами и ворами. Власти боролись с пережитками казачьего самоуправства.

.Проведенная в России в 1879 г. реформа городского самоуправления не миновала и Кубань. В Кубанской области и это время статус города имели Екатеринодар, Майкоп, Анапа, Тгмрюк и Ейск. В Черноморском округе — Новороссийск. Однако городское, самоуправление кубанская администрация посчитала возможным ввести только в Екатеринодаре и Темрюке (как наиболее развитых торгово-промышленных городах области). Весной 1874 г. состоялись выборы в ека-гсринодарскую городскую думу. Избрано было 72 гласных (так называли тогда депутатов думы). Половину из них составляли представители купечества. Первым городским головой стал купец П. И. Якунинский.

В 1874 г. в России началась военная реформа, основой которой была всеобщая воинская повинность для лиц, достигших 21 года. Для казаков военная служба издавна была привычным делом. По уставу 1875 г. для Донского войска, вскоре распространенному и на Кубанское, мужское казачье население заступало на службу с 18 лет. Три первых года молодые казаки числились в приготовительном разряде, т. е. проходили воинскую науку в родной станице. Затем четыре года были на действительной службе в казачьих частях. После этого восемь лет они числились на «льготе» с периодическими лагерными сборами и 5 лет — в запасе. На военную службу казак должен был являться со своим обмундированием, снаряжением, холодным оружием и верховой лошадью. Кроме того, в станицах казаки осуществляли правоохранительные функции: охраняли важнейшие объекты, конвоировали заключенных; иногда и гибли в мирное время, исполняя свой служебный долг.

Военная реформа не распространялась на горцев. Отчасти это было связано с обещанием Александра II не обращать их в солдаты. В то же время с горцев взимался налог «взамен воинской повинности». Во время войн горцы на добровольной основе привлекались в армию, прежде всего в кавалерийские части, где они славились как мастера конной атаки.

Таким образом, затронувшие Кубань преобразования были прежде всего следствием общероссийских реформ 60-70-х гг. XIX в. В то же время трудно переоценить значение ликвидации рабства и крепостничества в горских районах, осуществленной быстрее, чем в центральных губерниях России.

В целом же реформы на Кубани при всей их незавершенности и половинчатости способствовали экономическому, общеполитическому и культурному развитию края, внутреннему сближению его народов, устранению их экономической разобщенности, вхождению Кубани в народнохозяйственную систему России.