§2. Меоты и кочевники.

С VIII века до н. э. племена, населявшие кубанские земли, начинают осваивать железо.

Упоминания о них появляются в трудах древних авторов и путешественников. Так, на Кубани обитают меоты.

Плаванием меоты объединен ряд племен (таких как дандарии, досхи, синды, тарпеты и др.), живших главным образом на восточном побережье Азовского моря, которое древние греки наливали Меотидой. Близки к меотам были и синды, занимавшие Таманский полуостров. Меоты принадлежали к кавказской группе племен, и большинство исследователей считают их предками современных адыгов. Основную массу меотского населения составляли земледельцы, жившие оседло в небольших поселках. Они сеяли пшеницу, просо, ячмень. Зерно хранили в специальных ямах. Муку изготовляли с помощью ручных приспособлений, основу которых составляли каменные жернова. Часть меотских племен вела кочевой образ жизни, занимаясь скотоводством. Так, в кургане возле аула Уляп рядом с останками вождя было обнаружено 500 погребальных лошадей. Жившие у Азовского моря и по берегам рек меоты занимались рыболовством. Ловили такую ценную рыбу, как осетр, судак, севрюга, сазан, сом. Для этого использовали сети, бронзовые и медные крючки. Подсобным занятием была охота на косуль, оленей, кабанов, зайцев.

У оседлых племен было развито ремесленное производство, особенно керамическое. На месте меотских поселений обнаружено много гончарных печей. Поражает обилие предметов, которые древние мастера изготовляли из глины. Это всевозможные кувшины, миски, бокалы, вазы, кружки, культовые статуэтки и др. Славились и меотские кузнецы. Из бронзы они делали воинские доспехи, зеркала, украшения, из железа — орудия труда и оружие. Были ещё плотники и столяры, кожевники и портные, косторезы и ювелиры. Женщины изготовляли полотно, о чем свидетельствуют найденные ткацкие станки.

Большое значение для меотов имела торговля с соседними племенами. С образованием Боспорского государства в Северном Причерноморье в V в. до н. э. налаживаются активные торговые связи с его городами-колониями. Мало того, в районе нынешней станицы Елизаветинской возникает крупная боспорская фактория, которая более двух столетий была основным торговым пунктом, откуда боспорские товары шли к меотам. Боспорские купцы привозили разноцветные ткани, золотые и серебряные украшения, шлемы и панцири. Взамен они брали вяленую рыбу и хлеб, меха и кожи, рабов из военнопленных и красивых рабынь.

Большинство меотов были свободными общинниками, подчинявшимися родо-племенной организации, но жившими семьями. Развитие земледелия и скотоводства, торговли и ремесел приводило к имущественному расслоению меотов. Выделялась зажиточная военная верхушка, которая объединялась вокруг наиболее авторитетного ее представителя — вождя. Вождь имел военную дружину, но при необходимости все мужчины-общинники становились воинами. Военнопленных не только продавали, но и использовали в качестве рабов в меотских семьях. Это была мягкая форма домашнего рабства. Раб нередко был на положении младшего члена семьи.

Общественный строй у меотов представлял собой военную демократию, т. е. систему общественных отношений, переходную от родового строя к классово-государственному.

Своего государства меоты создать не успели. На рубеже П-Ш вв. н. э. под натиском кочевников они вынуждены были переселиться в Закубанье, где смешались с другими племенами. Это, видимо, и создало предпосылки для формирования новой этнической общности — адыгов.

В период перехода от бронзовых орудий к железным в степях Причерноморья появляются ираноязычные кочевники — киммерийцы. Однако здесь они пробыли недолго и в IX-VIII вв. до н. э. были вытеснены более многочисленными и сильными племенами скифов. Первые сведения о скифах известны от «отца истории» Геродота — древнегреческого ученого и путешественника V в. до н. э. Он привел две версии их появления в Северном Причерноморье. Первая состоит в том, что скифы жили здесь с незапамятных времен, т. е. были местными племенами. Вторая — что они вишли из Азии. Сегодня вторая версия считается предпочтительнее.

Скифы представляли собой многочисленную группу племен, обитавших на громадной территории от Кубани и Дона до Дуная. Они оставили существенный след на кубанской земле и оказали большое влияние на культуру местных племен. Основным плацдармом для их набегов на страны Закавказья и Азии в VII-VI вв. до н. э. было Закубанье. Прекрасные конники и воины, на левобережье Кубани они имели богатые пастбища для выращивания и подготовки лошадей к далеким и трудным походам. Одни племена занимались земледелием и вели оседлый образ жизни, другие -скотоводством и поэтому кочевали вместе со своими стадами. Эти скифы-кочевники назывались царскими скифами, т. к. во главе их стояли наследственные вожди, которых греки именовали царями. Последние, действительно, и жили и умирали по-царски. После смерти скифского царя рыли большую четырехугольную могилу. Покойника бальзамировали: извлекали внутренности, заполняли тело ароматическими травами, труп покрывали воском. Затем на богато убранной траурной колеснице усопшего возили по всем подвластным племенам. Скифы в знак траура отрезали себе часть уха, расцарапывали лицо, протыкали стрелами левую руку. Потом царя торжественно хоронили. Для сопровождения его в загробный мир убивали и хоронили с ним одну из его жен, виночерпия, повара, конюха, слугу, вестника, коней, скот, зарывали личное оружие, золотую посуду и т. д. Над могилой насыпали курган, стараясь сделать его как можно выше. Через год вокруг кургана расставляли чучела 50 царских коней и прикрепляли к ним убитых слуг. Рядовых скифов хоронили скромнее. В течение 40 дней покойника возили к родственникам и друзьям, которые устраивали поминки, затем тело предавали земле.

На Кубани сохранилось немало скифских курганов, причем некоторые — в виде своеобразных курганных кладбищ (могильников). Так, возле станицы Келермесской (в 25 км от Майкопа) находятся 44 скифских кургана. Раскопки их начались почти сто лет назад, продолжаются и поныне археологами петербургского Эрмитажа. В курганах обнаружены богатые погребения скифской знати, где найдены бронзовые шлемы и чешуйчатые панцири, золотые украшения, серебряные и золотые сосуды, уникальное серебряное зеркало, известная на весь мир золотая литая фигура пантеры с эмалевыми вставками, украшавшая боевой щит скифа. В специальном могильном отсеке были захоронены взнузданные кони.

Скифская культура оказывала сильное влияние на мео-тов. В меотских грунтовых могильниках находят мечи, стрелы и другие предметы скифского типа. Для скифов было характерно изображение зверей на сосудах, украшениях, оружии, и этот «звериный стиль» распространялся и в меотс-кой среде. Не случайно древнегреческий географ Страбон, живший на рубеже нашей эры, даже относил скифов к меотам.

В IV в. до н. э. в степях Прикубанья появляются новые ираноязычные кочевники — сарматы. Прикубанские сарматы больше известны под именем сираков.

Сиракский союз племен был настолько силен, что претенденты на боспорский престол нередко обращались к нему за помощью.

Сираки уничтожили меотскую знать, первой выступившую со своими дружинами против кочевников, а на рядовых меотов наложили дань. В середине III в. до н. э. в борьбе С греческими городами Таманского полуострова складывается сирако-меотский военно-политический союз. Он пополняется и усиливается за счет непрерывного потока кочевников-сарматов, прибывающих, в частности, с берегов Волги. Могущественный противник великого Рима боспорский царь Мит-ВИдат VI Евпатор предпочитал быть в дружбе с кубанскими племенами, используя сарматов и меотов в военных действиях против прославленных римских легионов. Его сын Фарцак, борясь с войсками Юлия Цезаря, привлекает в свою армию десятки тысяч сарматов, в том числе и сиракских воинов. Совместные походы, а главное — переход значительной части сираков к оседлому образу жизни, способствовали оформлению сирако-меотской этнической общности и I в. н. э. В междуречье Кубани и Лабы создается целая сеть военных укреплений, очевидно предназначенная для обороны от степных кочевников. Здесь же протянулись и курганы «Золотого кладбища», названного так по обилию найденных в них золотых украшений. Причем в захоронениях не прослеживаются резкие имущественные отличия. Это говорит о том, что обитатели указанного района достигли значительного благополучия благодаря не только походам, но и оседлому образу жизни.

В I в. н. э. в предгорьях Кавказа появляются аланы -предки осетин. В 72 г. они как смерч обрушились на Закавказье. Об этом опустошительном набеге даже через несколько веков с ужасом вспоминали армянские и грузинские чронисты (летописцы).

В III в. н. э. в Северном Причерноморье появляются восточногерманские племена готов. Здесь они смешались с местными племенами, в том числе со скифами и сарматами, и начали бесконечные походы в пределы Римской империи. На Кубани в этот период исчезают обитатели многих городищ, в том числе и знаменитого «Золотого кладбища». Почему? Это остается пока загадкой истории.